Память на продажу: несколько лет назад на братской могиле в Белице вырезали сосны

Зачастую среди информационного шума, бравушных маршей и дежурных торжественных речей остаётся незамеченным что-то очень важное

Об этом пишет в своей авторской статье ямпольчанин Эдуард Баранов

Когда-то школьником ещё довелось в рамках внеклассной учебно-воспитательной работы принять участие в перезахоронении останков погибших в той страшной войне. Событие происходило на околице села Белица, где группа, совершавшая поисковые работы, разбила временный лагерь. Здесь же в лесу и была выкопана большая братская могила, где, насколько мне известно, на ряду с солдатами, захоронили останки расстрелянных карателями подпольщиков.

Мне довелось разговаривать с чудом уцелевшим связным подполья Шиш Николаем Андреевичем, которого в 17 лет повели на расстрел в лес возле реки Ивот. Он вспомнил, как бежал от своих палачей через речку и даже не замочил ноги. Длительное время скрывался, был снова пойман, прошёл через концлагеря в Глухове и Трубчевске, откуда снова бежал и, как домовой, скрытно жил на чердаке у родственников до самого отступления гитлеровцев. Однако его злоключения только начинались, ведь он был обвинён в предательстве и 10 лет провёл в лагерях Колымы – искупая сомнительную свою вину. Сколько сгинуло там нашего невинного люду –  по сей день точно неизвестно. Тема эта не очень вкладывается в советскую идеологию и всячески выхолащивается псевдоисториками.

Сгинул бы и Николай в вечной мерзлоте, да имел золотые руки и талант сапожника, а лагерное начальство очень любило хорошую обувку. После его реабилитировали и даже наградили медалью – достойно, так сказать, компенсировали загубленную молодость.

Это я к тому, что он вполне мог оказаться в этой могиле, над которой через некоторое время установили монумент. При каждом удобном случае я посещал это тихое и одновременно торжественное место. Здесь всё было настоящим, без пафосного надрыва штатных декламаторов, без принудиловки и колон школьников и бюджетников с дежурной символикой.

Несколько лет назад товарищи из одного лесного ведомства просто взяли и срезали сосны с могил мучеников. Ни у одного из них не дрогнула рука и не заговорила совесть. Хотя какая там условная морально-этическая категория со странным названием? Есть твёрдый “нал” и индульгенция в виде удовлетворения чиновника или депутата – именно эта категория общества, как правило, контролирует все ресурсы, которые приносят быструю прибыль. Ведь всегда можно организовать зрелище в виде марша, какого-либо пробега или торжественного концерта, за шумом которого не будет слышно тихого голоса Клио – музы истории.